ФСБ опубликовала неизвестные архивы к 100-летию со дня смерти Дзержинского

1921 г. Москва. Председатель Всероссийской чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией и саботажем (ВЧК), народный комиссар внутренних дел РСФСР Феликс Дзержинский в своем рабочем кабинете. Репродукция ТАСС

Ф.Э. Дзержинский среди ответственных работников ВЧК. Слева направо: Уралов, Волобцев, Васильев-Южин, Дзержинский, Ксенофонтов, Мороз, Савинов. 1919 год. Фото РИА “Новости”, www.ria.ru

100 лет назад, 20 июля 1926 года умер Феликс Эдмундович Дзержинский. В общественном сознании его имя прочно связано с органами ВЧК-ОГПУ, но Железный Феликс был не только создателем и первым руководителем советских специальных служб. Это было лишь одной стороной его многогранной личности, проявившейся в трагические годы революции и гражданской войны, когда вся страна могла скатиться в окончательный хаос и разруху.

На смерть Феликса
В фондах Центрального архива ФСБ России на бессрочном хранении находятся многочисленные отклики советских граждан и организаций по случаю смерти Дзержинского. Некоторые из них спустя 100 лет впервые публикуются на официальном сайте ФСБ. Среди них, например, письма и телеграммы из городов Донецкого угольного бассейна, восстановлению которого Феликс Эдмундович отдал много времени и сил. А также от акционерного общества “Транспорт”, основателем которого он являлся. От рабочих коллективов ведущих заводов “Красное Сормово” (Нижний Новгород), “Баррикады” (Сталинград), “Пролетарий” (Артемовск), московских строителей, от личного состава эскадрильи им. Ф.Э. Дзержинского воздушного флота РККА, профессиональных союзов рабочих металлистов, железнодорожников, тружеников медико-санаторного дела, служащих банковских и торговых организаций.
Также впервые опубликованы материалы территориальных органов безопасности, направленные в Центральный аппарат ОГПУ, а также рассекреченные ведомственные приказы в связи со смертью Ф.Э. Дзержинского, в которых выражена глубокая скорбь о кончине своего “бессменного руководителя, неусыпного стража завоеваний Октября”.
Все эти документы говорят о реальном отношении к Дзержинскому со стороны тех, для кого он работал буквально не щадя своей жизни, — простых советских людей.

Основатель ВЧК
Именно Феликс Дзержинский в 1917 году создал Всероссийскую чрезвычайную комиссию по борьбе с контрреволюцией и саботажем, сокращенно ВЧК. Для кого-то ВЧК — символ непримиримой справедливой борьбы. Для других — революционной жестокости. Для некоторых эти три заглавных — символ спасения страны. Его не вычеркнуть и не затоптать. Эта аббревиатура — один из атрибутов ХХ века. И не случайно 20 декабря 1920 года Феликс Эдмундович подписал приказ № 169 об учреждении Иностранного отдела ВЧК, в просторечии ИНО, призванного бороться против внешних угроз.
Так благодаря Дзержинскому была создана одна из самых сильных спецслужб мира, обеспечивающая безопасность страны. Защита от внешних и внутренних угроз была, есть и будет необходима. Великую Россию никогда не оставят в покое, пока она великая.
Для нас, сегодняшних, Дзержинский — это основатель ВЧК и только. Железный, непримиримый, часто беспощадный. Но лишь к тем, кого считал врагами. В письмах жене и сестре он признавал и объяснял: “Я выдвинут на пост передовой линии огня, и моя воля бороться и смотреть открытыми глазами на всю опасность грозного положения и самому быть беспощадным... Для многих нет имени страшнее моего...”

Борьба с беспризорностью
В условиях послевоенной разрухи и голода именно председатель ВЧК по собственной инициативе возглавил детскую комиссию при ВЦИК, объединил усилия всех государственных учреждений в борьбе с детской беспризорностью.
В те годы в стране насчитывалось свыше пяти миллионов беспризорников. Для них были уготованы три кривые дороги без выбора: голод, тюрьма, смерть. Через несколько лет после его сверхчеловеческой работы беспризорных осталось 200 тысяч. Все чекисты следовали примеру Дзержинского: ежемесячно отчисляли десятую часть зарплаты на детские дома.
Это он создал трудовые коммуны, где маленьких нарушителей закона превращали в людей. Думаю, есть еще у нас те, кто помнит о советском фотоаппарате ФЭД, ставшем многолетней гордостью Страны Советов. Но мало кто знает, что название расшифровывается как “Феликс Эдмундович Дзержинский”. ФЭД собрали выпускники харьковской трудовой коммуны.
11 лет в тюрьмах, ссылках и полученный там неизлечимый туберкулез могли сломить любого. Но не его, писавшего родным из-за решетки: “Тюрьма страшна лишь для тех, кто слаб духом”. Шрамы от кандалов на щиколотках не заживали, остались на всю жизнь. Председатель ВЧК тяжело болел: подводило и сердце. Но заботился о здоровье других. Ну, до спорта ли было ему, да и всей стране, выбивавшейся из нищеты? Но ведь одно из первых спортивных обществ — “Динамо” — возникло в 1923 году именно по замыслу Дзержинского.

Личная жизнь
В его биографии, вдоль и поперек изученной, осталось немало тайн, именно тайн, а не темных пятен. Единственный сын Дзержинского Ян был рожден в 1911 году в женской тюрьме “Сербия”, где отбывала срок его жена-революционерка Софья Мушкат.
Жена и сын видели главу семейства нечасто. К его нелегким обязанностям постоянно прибавлялись новые и новые. Он ездил по стране. Налаживал поставки продовольствия. Восстанавливал угольную промышленность. С апреля 1921 года председатель ВЧК стал и народным комиссаром путей сообщения.

Нарком путей сообщения
Великая держава железных дорог после войны осталась без транспорта. Для страны с бесконечными просторами это грозило непоправимой бедой. Еще миг — и тяжелый паралич снабжения. Восстанавливать начисто разрушенное войнами, мировой и гражданской, поручили ему. Посланцы Дзержинского обманули короля Швеции, обольстив его золотом, конфискованным у бедных буржуев. Золото исчезло, а Россия задышала. Вскоре закупленные неведомыми путями паровозы побежали по рельсам, вывозя Россию из разрухи.
Опираясь на опытных инженеров и транспортников, в том числе “старых специалистов”, в короткие сроки сумел восстановить транспортную систему, которая вскоре смогла полноценно обслуживать нужды народного хозяйства, в том числе обеспечить топливом крупные промышленные районы, а также доставить продовольствие в регионы страны, охваченные голодом.

Выправить экономику
С февраля 1924-го не просто новая, а еще одна тяжелейшая работа: Дзержинский стал руководителем Высшего совета народного хозяйства (ВСНХ) СССР. От безалаберщины экономика медленно, но переходила к неким плановым началам. Взгляды председателя ВСНХ казались многим пламенным революционерам необычными: “Нельзя индустриализовываться, если говорить со страхом о благосостоянии деревни”. По мнению твердолобых, нес крамолу. Какой же он “железный”, если поощряет развитие мелкой частной торговли и настаивает, что “торговцев надо ставить в здоровые условия и защищать от наскоков”.
Под его руководством производство металла увеличилось на 200%, а продукция металлообрабатывающей и машиностроительной промышленности — на 120%. Такого подъема удалось добиться за счет умелого подбора и правильной расстановки кадров, опоры на трудовые коллективы. В то же время глава ВСНХ отличался своей принципиальной позицией по борьбе с бюрократизмом, волокитой и бумаготворчеством. Личным примером Дзержинский показывал всем, как нужно самоотверженно работать и отвечать за порученное дело.
По оценкам современников, Феликс Дзержинский был “подлинным рыцарем индустриализации”, последовательным сторонником хозрасчета и рыночных отношений, проведения научных исследований в интересах обеспечения экономической независимости СССР. Под его руководством и при личном участии в стране создавались новые отрасли: тракторо- и судостроение, авиационная и радиопромышленность.
В марте 1925 года решением врачебной комиссии, собранной Политбюро, Дзержинскому рекомендовано работать больше шести часов в день только в случае появления неотложных государственных дел. Выступления на собраниях запрещались. А он и не собирался слушать докторов и партийных соратников.

Смерть
Ему стало плохо во время выступления на объединенном июльском пленуме ЦК 1926 года. Двухчасовая эмоциональная речь Дзержинского потрясла Большой Кремлевский дворец. Он громил партийную оппозицию. Называл бюрократию параличом жизни. И ничего ли не напоминают пророческие, уже через десятилетие сбывшиеся предсказания: “Если вы посмотрите на наш неслыханный бюрократизм, на нашу неслыханную возню со всевозможными согласованиями, то от всего этого я прихожу прямо в ужас... Дайте мне отставку. Нельзя так работать”.
Он умер в тот же день, 20 июля 1926 года в 18 часов 40 минут 48 лет от роду, наработав на много жизней вперед. Последними словами Дзержинского, которого врачи пытались уложить в постель в его квартире, были: “Не надо, я сам”. И упал замертво.