Любовь отца не похожа на материнскую. Папа не станет говорить много слов, но будет доказывать свои чувства делами и поступками. Он примчится издалека, если вдруг у тебя случится беда.

Папин взгляд

Моего отца Федора Ивановича ЯШЕНКОВА по достижении 19 лет призвали в армию и сразу отправили на фронт. В Великую Отечественную войну он был разведчиком, воевал в Белоруссии, Карпатах и на Кавказе. За храбрость, стойкость и мужество, проявленные в борьбе с немецко-фашисткими захватчиками, был награжден орденом Отечественной войны II степени. Он очень мало рассказывал о своей службе, но мы видели, какой неизгладимый отпечаток оставила война в его душе.

В родное село Лебедино Республики Татарстан папа вернулся лишь в 1950 году. В Чувашии он окончил электромеханический техникум и по распределению был направлен в поселок Кабаново, где встретил свою будущую супругу. До пенсии работал бригадиром малокомплектных бригад на лесозаготовках Шумерлинского лесокомбината.

Как ветеран войны он мог получить квартиру. “Нет, есть более достойные кандидаты и более нуждающиеся семьи”, — отказывался от маминой мечты отец. Родители воспользовались папиными льготами лишь однажды, когда в начале 2000-х установили домашний телефон. Такой уж он был человек!

Детей в семье было двое: мой старший брат Александр и я. Мы запомнили отца как честного и справедливого, сурового и молчаливого.

После тяжелого трудового дня оставались деревенские хлопоты, папа с дружной бригадой ехал на сенокос, и такой же компанией они потом ходили на рыбалку. Хоть стога сена, хоть улов делили всегда пополам. Однажды, когда мне было лет девять, мама попросила меня отнести рыбу соседям, но я по ошибке оставила миску на крыльце другого дома. Когда сосед пришел за своей долей, папа со строгостью посмотрел на меня. Я готова была сквозь землю со стыда провалиться. Но папа ничего не сказал, он молча достал свою часть улова и разделил ее поровну.

Папа никогда нас не наказывал. Но стоило ему одарить нас строгим взглядом, как мы вмиг усваивали урок на всю жизнь.

Не только мы с братом робели при виде папиного взгляда, но и любая живность. Однажды, когда мама лежала в больнице, а брат был в армии, у нас отелилась корова. Ее нужно было раздоить, а она мне не давалась, лягалась и брыкалась. На помощь пришел папа. Он встал перед Зорькой, и она тут же успокоилась, позволила себя подоить.

Папа никогда с нами не был ласковым. Но всю его любовь я почувствовала, когда у меня родились свои дети. Он нянчился с моей дочкой и позволял ей проводить всевозможные манипуляции с собой. Глядя, с какой любовью и заботой он переживает за внуков, я убеждалась: он самый любящий отец и дедушка.

Вот уже 20 лет, как папы нет с нами. Но я с нежностью вспоминаю его строгий взгляд, за которым хранится самая настоящая отцовская любовь.

Татьяна СУРКИНА

ПОСВЯЩЕНИЕ

Рядовой

Красивый парень, удалой,

Кудрявый и русоволосый.

Он в девятнадцать принял бой

И бил фашистов, под откосы

Не раз их поезда пускал,

Болотной задыхался тиной,

В горах Кавказа воевал,

Не подставляя пулям спину!

В Карпатах добивал врага.

Вернулся лишь в пятидесятом,

Но мать не дождалась сынка,

Отец один встречал у хаты.

Родимый двор, лошадка, пес...

Отец живет с другою милой,

Солдат платочек маме вез,

А повязал на крест могильный.

Ушел юнцом, пришел седой,

Шесть лет окопы, пули, мины...

Врага прогнал с земли родной,

Стал восстанавливать руины!

Из Татарстана с вещмешком

В Чувашию приехал к брату,

Пошел учиться, а потом

Женился. Всё есть у солдата:

Работа, дом. Идут года...

И внучка с внуком подрастают,

Бойцу не спится иногда,

Войны картины оживают:

Ущелье горное в огне,

За перевалом жизни, судьбы.

Полк оказался в западне,

Прорвали путь свинцом и грудью!

О, сколько полегло друзей!

Слеза скупая щиплет щеку,

Они не создали семей,

Погибли в каменных окопах.

Махорку курит рядовой

И стопку пьет за братьев павших,

И снова вспоминает бой,

А внучка слушает, зажавши

Медаль дедулину в руке,

Мелькают перед нею горы,

Орудий вспышки вдалеке,

Земли израненной просторы.

Закончил дедушка рассказ,

И руку девочка разжала,

А на ладошке, как алмаз,

Медаль Победы засияла.

Почетный ветеран, герой,

Кудрявый и седоволосый.

Он в памяти хранил тот бой,

Но не любил про фронт расспросы...

Пример мужества и трудолюбия

Мой папа Ерофей Николаевич НИКОЛАЕВ в 1942-м в возрасте 22 лет отправился на фронт. Там он мужественно защищал Родину, получил множество ранений, чуть не попал в плен и чудом остался жив, когда подорвался на мине. В госпитале ему ампутировали ногу выше колена, и всю оставшуюся жизнь он проходил с протезом. Но это не сломило его.

Конечно, с мечтой о геологических экспедициях из-за ранения пришлось распрощаться. И папа, получив педагогическое образование, стал учителем в родной Кюльхиринской школе. Активно участвовал в общественной жизни района, по его проекту в деревне установили обелиск в память о погибших в Великой Отечественной войне односельчанах.

Отец и сам был мастером на все руки: столярничал, занимался пчеловодством и садоводством. Построил большой дом, вырастил семерых дочерей. Как истинный педагог, он никогда не поднимал на нас руку, но проводил поучительные беседы и объяснял, что такое хорошо и что такое плохо. За исключительные случаи нашего неповиновения мог поставить в угол.

Папа всё мечтал о сыне. И был несказанно счастлив, когда у него родились внуки. Каждый раз, приезжая в город на курсы повышения квалификации, он особым вниманием одаривал своих мальчишек.

Папа прожил 73 года, был удостоен звания заслуженного учителя Чувашии, награжден орденами Красной Звезды и Отечественной войны I степени. Он для нас пример мужества, трудолюбия и преданности своему делу.

Нина ГРИГОРЬЕВА

Закалка речника

Моряки-подводники представляются мне всегда крепкими мужчинами, обладающими недюжинной физической силой, выносливостью, организованностью и умом. Именно таким был мой отец Владимир Геннадьевич ИСАЕВ. Он три года отслужил на подводной лодке, а потом почти всю трудовую жизнь проработал судовым механиком.

Его всегда тянуло к воде. И когда папа не водил суда, то рыбачил. Он искусно ловил рыбу и умел ее готовить: солил, вялил, жарил с ароматной хрустящей корочкой, варил уху, делал щучьи котлеты, да такие, что пальчики оближешь!

В 1970 году папу пригласили в Чебоксарский речной порт, и мы переехали в Чувашию. В Новочебоксарске родилась их третья дочь.

Несмотря на то что отец как коммунист активно занимался общественной жизнью: был председателем месткома на “ГЭСстрое” и патрулировал улицы в отряде добровольной народной дружины, он всегда находил время на игры с нами. И мы очень любили, когда он сажал нас на плечи: с высоты папиного роста всё казалось таким маленьким.

Большое внимание папа уделял музыкально-эстетическому воспитанию. Он хотел, чтобы я научилась игре на аккордеоне, а я тогда предпочла скрипку. Сейчас немного жалею, что не освоила такой чудесный музыкальный инструмент.

Папа и сам любил петь, в юности был первым гармонистом в поселке. А еще он играл в шахматы и футбол, не пропускал ни одной игры хоккейной команды “Сокол”. Умный и разносторонний, папа читал книги, газеты и был в курсе всего происходящего в мире.

Он был строгим, но с отменным чувством юмора. С мамой они прожили 58 лет и были награждены медалью “За любовь и верность”. Родители всем нам, троим дочерям, дали высшее образование, чем очень гордились. Пять лет, как папы нет с нами, но его образ отважного и смелого речника живет в наших сердцах.

Марина ВАСИЛЬЕВА