Всероссийский конкурс журналистов «ЗОЛОТОЙ ГОНГ-2021»

Упрощён порядок подключения к электросетям для владельцев садовых участков

Торговых дел мастер

Петр Морсков.Торговых дел мастер Личность в истории

Петр Морсков.

Как выглядела бакалейная лавка Петра Морскова, неизвестно. Однако можно предположить, что примерно так же, как и по всей стране. Отец торговал вместе с детьми.Торговых дел мастер Личность в истории

Как выглядела бакалейная лавка Петра Морскова, неизвестно. Однако можно предположить, что примерно так же, как и по всей стране. Отец торговал вместе с детьми.

Один из росссийских лесопильных заводов начала XX века. Предприятия строили на реках, чтобы сразу грузить бревна на баржи.Торговых дел мастер Личность в истории

Один из росссийских лесопильных заводов начала XX века. Предприятия строили на реках, чтобы сразу грузить бревна на баржи.


0

Можно ли было, имея в царской России один магазин, сколотить целое состояние? Оказывается, да, если лавка торговала всем, чем только можно. Это вполне доказал козловский купец Петр Морсков, о магазине которого знала вся Казанская губерния.


Пошел бизнес

Петр Морсков был истинным козловчанином, родился здесь в 1870 году. Приученный к труду с детских лет, он приумножал почетный и благородный труд своих предков в земледелии. Сначала увлекся хлебопашеством, а в более зрелом возрасте перебороло желание заниматься коммерцией, бизнесом. Последнее занятие для него стало самоцелью.

Всё в нем располагало, чтобы стать деловым человеком своего времени. Петр Федорович был невысокого роста, крепкого телосложения, рассудительным. Отличался аналитическим умом, умел расположить людей к себе, поэтому высоко котировался в обществе.

Зорким глазом, обостренным внутренним чувством мог без труда определить, чего стоит эта вещь или сделка. Если не ожидалось навара, стороной обходил своего собеседника-партнера.

В другом случае поступал совершенно по-иному. Быть может, ценой больших усилий, во что бы оно ни обходилось, старался найти ключ к сердцу будущего партнера. Ему почти всегда удавалось добиться поставленной цели. В этом помогали единомышленники. 

Даже свою суженую искал и нашел среди них: Петр Морсков женился на девице из села Беловолжского Лидии Черновой, умевшей из ничего извлекать что-то выгодное, полезное. Разумеется, она и стала первой помощницей мужу в бизнесе, а позднее разделила в роковой судьбе с ним все невзгоды и лишения революционного времени.

Петр Морсков от сирых не отказывался, но сам стремился быть зажиточным, ни от кого не зависеть. На самом берегу Волги под Пушкинской горой супруги Морсковы построили деревянный двухэтажный дом. На верхнем этаже стали жить сами, а на нижнем открыли магазин. В нем жена Лидия стала бойко торговать бакалейными, съестными товарами, хлебом и разными сладостями. Рядом с домом разбили благоухающий плодово­-ягодный сад, с которым мог соперничать лишь сад купца Морозова, расположенный чуть повыше. 


Наследники без наследства

Родились у супругов четверо детей, которых нарекли Еленой, Николаем, Евгением и Иваном.

Дочь Елена (1893-1980) успешно окончила в Казани гимназию. Вышла замуж за преподавателя лесотехникума Константина Соснина и обосновалась в Мариинском Посаде. У них в свою очередь родились дети, двое. Сын стал офицером, дочь — врачом.

Николаю, несмотря на препятствия (все-таки сын купца), удалось получить высшее образование и устроиться инженером на комбинат имени Вахитова в Казани. Не выдержав незаслуженных упреков, придирок, что он выходец из купеческой семьи, Николай вместе с женой Маргаритой Браниславской и дочерью Ией, которой суждено было прожить всего 10 лет, переехал в Воронеж, где и умер.

У Ивана Морскова судьба сложилась трагически. Во время Гражданской войны он попал в Белую армию. В одной из битв и сложил голову. Где и как это было, едва ли кто скажет, и архивные документы об этом молчат.


Скучала по козловке

Сын Евгений (1898-1949) всегда жил вместе с родителями. Отец для него чуть выше своего дома построил отдельный деревянный. Евгений женился на девушке Прасковье (1900-1989) и стал жить в этом доме. От совместной жизни у них родились четверо детей: Вера, Надежда, Владимир и Федор (последний прожил всего лишь год).

Вера (1923-1997) выехала в Сталинград, где скрепила семейный союз с водителем такси Виталием Борисенко. Здесь она окончила речное училище и стала работать на судах по Неве в Ленинграде. Затем ее перевели на пароход “17-й год”, который курсировал по Волге, устроилась Вера туда третьим штурманом. Хотя должность считалась чисто мужской, она пришлась ей по душе. Стала водить белоснежные корабли от Астрахани до Горького.

В течение многих навигационных сезонов Вера Евгеньевна проплывала мимо своего родового дома, стоящего у самого берега, но впоследствии конфискованного советской властью. Видела в бинокль лица когда-то близко знакомых людей, даже соседей, а на фарватере порою и одноклассников, снующих в лодках в ожидании клева.

Но она никому рукой не махала. Всегда молчала, а сердце щемило. И только лишь когда комок в горле отходил, в глазах появлялись капли слез, рассказывает в своих воспоминаниях сестра Веры Надежда Морскова. 

Когда семью выселяли из отцовского дома, конфисковали всё имущество, могло кончиться еще хуже, если бы темной зимней ночью 1929 года родители не погрузили детей в сани и не увезли спешно в Казань.

Проживая с 1929 года в столице Татарстана, так близко от Козловки, ни один из членов семьи Морсковых не в силах был собраться с духом, чтобы посетить малую родину.

Последние годы жизни Вера Морскова работала бухгалтером в системе речного флота. Похоронена она в Волгограде. Сын ее Николай окончил Волгоградский институт физической культуры, был мастером спорта по классической борьбе, в Волгоградской области годами занимал призовые места на соревнованиях.


От лесопильни до национализации

Основатель династии Петр Федорович Морсков вошел в историю Козловки как преуспевающий бизнесмен. Но разветвленных точек торговли не имел. Всё было сосредоточено в одном месте. Морсковы в магазине, расположенном на нижнем этаже жилого дома, торговали сахаром, крупой, мукой, рыбой, бакалейными и галантерейными товарами, скобяными и железными изделиями, даже лесом. У Морсковых было целое подворье скотины: лошади, коровы, овцы, гуси, утки, индюки.

В основном товар завозили из Казани: летом на пароходах, зимой на санях. В этом ему помогал преданный сосед Яков Винокуров. Он в хозяине видел воплощение надежности, обеспеченности и безопасности. На самом деле таковым Петр Морсков и был. Особенно это чувствовалось, когда Григорий Волчков, о котором мы рассказывали в одном из предыдущих номеров газеты “Грани”, и Петр Морсков приобрели лесопильный завод на берегу Волги. 

На работу они в основном принимали бедняков. При необходимости оказывали материальную помощь.

Петр Морсков, как и другие предприимчивые люди того времени, крепко пострадал от советской власти. Конфисковали оба его дома, выселили жильцов на улицу. С двухэтажного жилого строения убрали верхний этаж. Дом, где проживала семья Евгения, перевезли. Сейчас он стоит на ул. Свободной России, 38.

Лесопильный завод тоже национализировали, цветущий сад на берегу Волги уничтожили.

Петр Федорович Морсков скончался 11 декабря 1941 года в возрасте 71 года в Казани. Там он и похоронен. За все послереволюционные годы он так и не побывал в родной Козловке.


  • Петр Морсков.
  • Как выглядела бакалейная лавка Петра Морскова, неизвестно. Однако можно предположить, что примерно так же, как и по всей стране. Отец торговал вместе с детьми.
  • Один из росссийских лесопильных заводов начала XX века. Предприятия строили на реках, чтобы сразу грузить бревна на баржи.