Обновлены формы водительского удостоверения, ПТС и свидетельства о регистрации ТС

Покоритель крыш и подземелий

С высоты птичьего полета. Фото из личного архиваПокоритель крыш  и подземелий

С высоты птичьего полета. Фото из личного архива


1

Для одних он энергетик, для других — спортсмен, для третьих заядлый игрок в город­ские активные игры, побывавший в подземельях, бомбоубежищах, а теперь покоряющий новые высоты, для иных — лучший блогер Чувашии по итогам 2012 года в номинации “Фотоблог”. И это все Анатолий Овчинников.

— Расскажи немного о дет­стве.
— Родился 5 октября 1987 года в Цивильске, окончил там девять классов общеобразовательной школы. Затем с друзьями решил поступить в гимназию при ЧГУ, так как справедливо считал, что после этой ступени абитуриенту предоставляют льготы. Да и гимназия слыла престижной.
В одиннадцатом классе к нам все время приходили представители вуза и рассказывали о своих факультетах. Больше половины класса заинтересовал энергетиче­ский факультет, в том числе и меня. Сейчас тружусь наладчиком оборудования подстанций в одной из чебоксарских компаний.
— С чего началось увлечение городскими активными играми?
— В 2007 году я занимался в турклубе ЧГУ. Знакомые собирались на игру и меня взяли с собой. Но из-за стеснительности в следующие разы напрашиваться не стал. Потом как-то позвали, и меня затянуло надолго. С тех пор не пропускал ни одного сезона.
— Первая игра оказалась успешной?
— Да, она мне безумно понравилась. Ночью мы ездили по городу, разгадывали ребусы, искали коды. Я не видел ни одного задания, не нашел ни единой метки — все выполняли товарищи. Но все было в диковинку и очень интересно. Тем более приятна сама атмосфера — ночь, друзья, поддерж­ка команды.
Вообще, мне всегда нравились походы. Здесь тоже приходилось и ориентироваться, выполнять какие-то задания. Я входил в число тех ребят, которые защищали честь школы по многим видам спорта: футболу, баскетболу, спортивному туризму, в соревнованиях по пожарно-прикладному спорту, играх “Зар­ница” и “Орленок”.
Затем в университете подался в турклуб. Там мы регулярно тренировались, принимали участие в различных слетах, ходили несколько раз в горы. Особенно запомнились весенние встречи на Кавказе, многочисленные сплавы. Когда уже окончил госуниверситет, отправился с друзьями на Алтай.
Это незабываемые ощущения! Тогда был технически и психологиче­ски сложный поход, но мы справились. Причем покоряли вершину в непростых погодных условиях — в марте, при температуре минус 30 и в снегу по пояс.
— Помогала ли в играх физическая подготовка?
— Конечно, часто были этапы, когда по веревкам приходилось спускаться в коллекторы, подземные шахты или, наоборот, подниматься на верхние этажи зданий.
— Какой из видов Ночного Дозора и Энкаунтера ты предпочитал — схватку, фотоохоту, фотоэкстрим, кэшинг?
— Фотоигры — более творческие испытания. А меня это не очень привлекало. Интереснее казались схватки. Ты выходишь на игру в полном замешательстве — не знаешь, что тебя ждет, какие задания придется выполнить. В том-то и прелесть.
— Кем больше нравилось быть — агентом, полевым, штабным или организатором?
— Люди, которые попадают в мир Энкаунтера или Дозора, проходят несколько стадий развития. Сначала они играют. Через определенное время у них появляются какие-то идеи, им хочется организовать классную игру. Тогда они становятся авторами. Дальше либо кто-то успокаивается и теряет ко всему интерес, либо, как у меня, это перерастает в спорт.
В штабе я не сижу, потому что мне кажется скучным сидеть сутками напролет перед компьютером, разгадывать загадки и подсказывать, куда и как нужно ехать. Я лучше побегаю с фонариком, разомну косточки.
Мы с единомышленниками уже вышли на новый уровень — часто собираемся вместе и выезжаем в другие города, на международные турниры. Иногда схватки продолжаются по несколько дней. В какой-то момент ты сильно устаешь, глаза слипаются, но преодолеваешь себя и в итоге побеждаешь. Ради этого стоит погрузиться в мир “Энки” или Дозора.
— В соревнованиях, наверное, “убивали” машины? Ведь обычно игры проходят в окрест­ностях городов и иногда в труднодоступных местах.
— Было и такое. Пару недель назад ездили в Харьков, там помяли все четыре диска. Возвращались очень долго — 1300 км преодолели за 26 часов, хотя до старта добрались за 15 часов.
— Каково современное состояние Дозора или Энкаунтера?
— Сейчас, к сожалению, в Чувашии активные городские игры почти не проводятся. Стало меньше игроков, авторов, некому создавать команды и привлекать новых людей. Поначалу Дозор воспринимался как одна из форм тусовок и времяпрепровождения с друзьями. Юноши и девушки, мужчины и женщины не только тщательно готовились к испытаниям, но и отмечали дни рождения, путешествовали. Сегодня такой сплоченности нет. Одни по­взрослели, создали семьи, у других нет времени, третьим и во­все наскучило.
Организаторы тоже ничего не получают. Если в Дозоре люди зарабатывали деньги, почти ничего не вкладывали и практически занимались бизнесом, то в Энкаунтере все сложнее. Если не оставались в минусе, то уже хорошо.
— Твое увлечение перешло во что-то большее?
— Да, это еще один этап. Несколько человек, в их числе и я, создали event-агентство. Сами организуем мероприятия, квесты: сплав казаков-разбойников, “Зар­ницы”, “Что? Где? Когда?”. Это игры, в процессе которых человек ищет, перемещается в простран­стве, разгадывает загадки или выполняет какие-то здания. Мы любим “выносить мозг”.
— Сколько времени уходит на создание события?
— Нельзя сказать точно. Иногда это месяц, иногда меньше. Сначала к тебе приходит идея, затем ты обдумываешь этапы, реквизит. Вскоре отправляешься на поиски подходящих мест, в конце всех оповещаешь.
Хотя приходилось управляться и за два дня. Приходили люди и предупреждали, что очень скоро намечается корпоратив, надо бы устроить нечто.
— Какая просьба запомнилась больше всего?
— Недавно мы проводили романтический квест. Так молодая семья решила отметить шесть лет совместной жизни. Утром мы подняли парня на шестой этаж в люльке спецподъемника. Он был в короне, вручил благоверной конверт с приглашением подойти в назначенное время на чебоксарский Арбат. Потом пропал из ее поля зрения — не отвечал на звонки и SMS.
Его заинтригованная жена подошла вовремя. Вскоре к ней обратился “случайный” прохожий, мол, она обронила листок бумаги. И закрутилось приключение с заданиями, каретой, цветами и романтическим ужином.
Это оказалось необычным, у обоих вызвало бурю положительных эмоций. Нам понравилось за ними наблюдать, видеть восторг на лицах.
— С какими трудностями сталкиваетесь?
— Самое сложное — убедить человека, что именно это ему нужно и понравится. Люди привыкли к определенным стандартам, перестали мыслить творчески.
Как проходят корпоративы? Зачастую в жанре “тамада-стайл” — пьянка, классические конкурсы, запуск фейерверков или веревочный курс. А ведь можно придумать что-то креативное.
Остальное ерунда. Если дело тебе приносит удовольствие, то все складывается легко и удачно. Нам в кайф писать сценарий, изготавливать атрибуты. Например, если хотят детективный сюжет, то не обойтись без лазерной сигнализации, бомбы с часовым механизмом, где приходится обрезать провода.
— В последнее время ты прославился тем, что стал руфером... (Руфер — человек, забирающийся на крышу. — Прим. авт.)
— Началось с того, что было просто интересно подняться, по­смотреть сверху на город. Но уже на месте восхитился настолько, что захотел поделиться впечатлениями. Огни ночных Чебоксар завораживали, дух захватывало.
В первый раз я и друг Александр Егоров поднялись осенью 2012 года. Но ничего не знали, не готовились, покоряли десятиэтажный дом в обычной одежде. А там очень холодно, сильный ветер, который не чувствуется на земле.
— Много ли руферов в Чувашии и в России в целом?
— По стране много, особенно в крупных городах — Москве, Санкт-Петербурге, Екатеринбурге. А в Чебоксарах нас мало. Я залезаю вместе с Александром Егоровым, есть еще Александр Демьянов. О других даже не слышал. Может, кто-то залезает на крыши, но не фотографирует и не выкладывает в сеть.
— По какому принципу выбираете объекты?
— Еще не покоренные, откуда, по нашему мнению, откроется красивый вид, или высокие. Например, строящееся здание на Гайдара, 5. Там заявлено 19 этажей, плюс технические.
— Есть ли заветная крыша-мечта?
— В нашем городе — телебашня. В Арабских Эмиратах, конечно, небоскребы. В первопрестольной манят сталинские высотки. С детства они нравились.
— На монумент Матери-по­кровительнице залезал?
— Он не приспособлен для этих целей — можно только изнутри посмотреть, на улицу не выглянешь. А известный памятник Петру I в Санкт-Петербурге, куда лазят многие руферы, оборудован хорошо — с толстыми лестницами.
— Часто бывает открытым выход на крышу?
— Нет, редко. Но мы всегда сначала ходим на разведку, проверяем.
— Есть ли правила поведения у “крышнаитов”?
— Вполне логичные — вести себя так, чтобы не навредить жителям, — ничего не ломать, не гадить, не мусорить.
— Где лучше — под небом или землей?
— На высоте. В подземельях сыро и некомфортно. У нас в Чебоксарах нет особенно интересных. Мы были на многих подземных объектах, но удовольствия не получили. Это либо затопленное бомбоубежище, либо пустые коллекторы.
 — Есть ли любимые места и пейзажи в городе?
— Столица Чувашии — город маленький, поэтому и живописных объектов совсем немного. Но есть несколько точек, невысоких домов, откуда открывается замечательный вид. Они уютные. В северо-западном районе видна Волга, также красотой поражают Красная площадь и Чебоксарская набережная.
— Чем еще увлекаешься?
— Не могу прожить без спорта — бегаю, плаваю, езжу на велосипеде. Чего и всем желаю.

  • С высоты птичьего полета. Фото из личного архива