Камень преткновения — квартира

Об этой истории рассказала помощник прокурора Новочебоксарска Надежда КУЗНЕЦОВа. Трехкомнатная муниципальная квартира была предоставлена гражданину С. в 1988 году на семью из пяти человек, один из которых, сын, в 2006-м умер. Тут-то и началась квартирная “возня”, поскольку зарегистрированной в ней оказалась сожительница умершего с двумя несовершеннолетними дочерьми. С одной из них МУП “УК в ЖКХ” в мае 2006 года заключило договор социального найма.  

В суд обратился С. с иском к Г. (сожительница сына) о снятии ее с регистрационного учета и вселении в спорную квартиру своего внука Б., который тоже обратился в суд с иском к Г. и МУП “УК в ЖКХ Новочебоксар­ска” о ее выселении, признании его членом семьи умершего отца, а договора найма с несовершеннолетней дочерью сожительницы отца недействительным и о вселении его в спорную квартиру.  Мотивировал это тем, что, хотя после развода родителей проживал с матерью в другой квартире, связь с отцом поддерживал. Полагал, что  Г. с деть­ми вселилась в спорное жилое помещение самовольно, сменив замки от входной двери, в нем не проживает с  2001 года, коммунальные услуги не
оплачивает. И местом жительства у нее считается квартира по пр. Энергетиков. По мнению Б., незаконным является договор найма, заключенный управляющей компанией в ЖКХ с несовершеннолетней дочерью Г.
Ответчица Г. обратилась в суд с иском к Б. о признании его утратившим право пользования спорной квартирой, указывая, что вселилась в спорную квартиру в 1992 году как член семьи сына нанимателя, с которым состояла в незарегистрированном браке. В данной квартире прописана с 1995-го, здесь же родились ее дети. Пояснила, что в 2001-м  ушла от сожителя, так как тот злоупо­треблял спирт­ными напитками, однако от права на квартиру не отказывалась. После его смерти вселилась вновь.
Суд, выслушав стороны, свидетелей, изучив материалы дела, пришел к выводу: в соответ­ствии с частью 3 статьи 83 Жилищного кодекса РФ в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым. Такое же положение содержалось и в статье 89 ЖК РСФСР, действовавшего на момент выезда Б. из спорной квартиры. Суд установил, что проживать с отцом раздельно он стал еще до развода родителей — с сентября 1989 года. С регистрационного учета снят в июне 1992-го. Новочебоксар­ский суд при расторжении брака определил, что несовершеннолетний Б. будет проживать с матерью — по обоюдному согласию родителей. Выходит, он приобрел право пользования жилым помещением по новому месту жительства — двухкомнатной квартирой. Впоследствии принял участие в ее приватизации.
Таким образом, Б., по мнению суда, утратил право пользования спорным жилым помещением с того момента, когда оттуда выехал. А сменил он место жительства отнюдь не вынужденно.
Суд также установил, что С.-младший до своей смерти никаких действий по вселению в квартиру несовершеннолетнего сына Б. не предпринимал, не намеревался вселить его и по достижении совершеннолетия. К тому же на основании решения Новочебоксарского городского суда (в феврале 2004 года) договор социального найма на спорную квартиру изменен. Право пользования двумя комнатами признано за Г. и ее детьми. С.-младший являлся нанимателем лишь одной — площадью 9,3 кв. м, а в связи со смертью договор найма прекратил действие. Следовательно, законных оснований для вселения Б. в спорную  квартиру нет.
А то, что Б. обеспечен по месту жительства жилой площадью, которая меньше учетной нормы, предусмотренной законом, не служит основанием для вселения его в спорную квартиру. В силу статей 51, 57 ЖК РФ такие граждане могут быть признаны нуждающимися в жилых помещениях, и им предоставляется жилье в порядке очередности по договору социального найма.
Несмотря на то, что  представитель МУП “УК в ЖКХ Новочебоксарска” признал, что договор найма с несовершеннолетней дочерью Г. был заключен с нарушением закона, суд требование Б. не удовлетворил, поскольку он, не имея права пользования спорной квартирой, не является надлежащим истцом. В итоге отказал ему в удовлетворении исковых требований в полном объеме.
Суд также пришел к выводу, что правовых оснований для предъявления иска по спорной квартире не имел и истец С. — он признан утратившим право пользования и выселен из нее еще в сентябре 1995 года решением Новочебоксар­ского суда.
Кассационные жалобы Б., его представителя С. и администрации Новочебоксарска на решение суда первой инстанции коллегия по гражданским и административным делам Верховного суда ЧР оставила без удовлетворения.
С чем же была не согласна собственник спорной квартиры — городская администрация? Она обжаловала решение Новочебоксарского суда в части отказа в удовлетворении исковых требований Б. о признании договора найма, заключенного МУП “УК в ЖКХ Новочебоксарска” с несовершеннолетней, недействительным. Судебная коллегия вывод суда первой инстанции считает правильным. Горадминистрация, являющаяся собственником квартиры, и УК в ЖКХ как сторона договора найма никаких исковых требований к Г. и ее детям не предъявляли. Коллегия пояснила, что администрация города не утратила право предъявления самостоятельного иска в суд о признании договора найма с малолетней недействительным.
Галина МИРОНОВА.