Репетитор, изостудия, школьные кружки: как вернуть часть денег, потраченных на обучение?

Ольга Матвеева: “Меня легко уговорить на авантюру”

Ольга Матвеева. Фото из личного архиваОльга Матвеева: “Меня легко уговорить на авантюру” Чебоксарский кинофестиваль-2013

Ольга Матвеева. Фото из личного архива


1

На Чебоксарском международном кинофестивале впервые за всю его историю был показан фильм “Решение треугольников”, снятый в Чувашии людьми, к кино не имеющими прямого отношения, но очень любящими этот вид искусства. И хотя картина снята на голом энтузиазме, без копейки денег, сделана она качественно и со знанием дела. Этот факт стал отправной точкой для идеи, которая, возможно, в следующем году будет реализована во время кинофестиваля. Программный директор киновед Сергей Лаврентьев предложил показать все, что снимается в Чувашии, отдельным блоком.
О том, как снять свое кино, “Грани” расспросили сценариста и режиссера, а также артистку, сыгравшую одну из ролей в фильме “Решение треугольников”, Ольгу МАТВЕЕВУ.

— Как пришла идея снять кино?
— Долгое время работала на телевидении, очень нравится съемочный процесс. Участвовала в нескольких телепроектах в разном каче­стве: журналиста, ведущей, руководителя. Часто так бывает, что, например, журналист, работающий в печатном издании, мечтает написать книгу, а телевизионщик — снять свое кино. Книгу я написала, а вот снять кино как-то не решалась.
Прошлой осенью в моей жизни стали происходить, если можно так выразиться, знаковые вещи: начали очень часто встречаться люди, которые говорили: “Хочу снять кино”. Я отвечала: “Тоже хочу”. Но эти разговоры так и оставались разговорами, пока однажды один человек не спросил меня: “А что тебе мешает?” И я вдруг поняла, что ничего.
Достаточно быстро написала сценарий. Показала его Виктору Чугарову, режиссеру и монтажеру, с которым на тот момент вместе работали над телепроектом “Большое путешествие”. “Ты со мной?” — спросила его. Он ответил: “Я с тобой”. Мы собрали команду и начали снимать.
— Кто снимался в твоем фильме?
— Это не мой фильм, это наш фильм. Кино — коллективное творчество, в одиночку тут ничего не сделаешь. В нем снимались мои друзья, знакомые и знакомые знакомых. Некоторых увидела впервые на съемочной площадке.
В сценарии семь персонажей, и я даже не думала о том, что семь актеров найти будет  непросто. К тому же одно дело их найти, другое — уговорить сниматься. Некоторые соглашались сразу, другие долго раздумывали. Третьи наотрез отказывались. Были и такие, кто сначала согласился, а потом отказался. Иногда мне даже казалось, что мы никогда не доснимем фильм: возникали моменты, когда все не ладилось.
Еще на стадии обсуждения будущего фильма решила, что в нем будут участ­вовать только непрофессиональные актеры. Восхищаюсь смелостью и талантом ребят. Они, возможно, сами в себе не подозревали актер­ского дара, а тут он раскрылся. Это можно считать маленьким чудом.
— Кто они по профессии?
— Михаил Иванов — юрист, Мария Казаковская и Павел Бирюков — предприниматели, Елена Егорова — тележурналист и телеведущая, Максим Буров — видеограф, Денис Гладышев сейчас работает в Египте аниматором.
— В фильме у героев нет имен.
— Да, и в сценарии их тоже не было. Роли обозначены как М1, Ж1, М2 и так далее. Странные разговоры были в процессе съемок, что-то вроде: кого взять на М4? Лена, да, идеально подходит на роль Ж3.
У этих персонажей и не должно было быть имен, потому что они по большому счету типажи. Поэтому, наверное, многие в героях фильма узнают себя или знакомых.
— И тем не менее некоторые после просмотра фильма в Ютубе обвинили тебя в том, что написала свою историю.
— Честно говоря, я уже устала оправдываться по этому поводу. Пусть каждый думает, как хочет. В конце концов, мне вряд ли удастся кого-то переубедить.
— Что было самым сложным в процессе съемок?
— Собрать всю команду в одном месте в одно время. Мы не были связаны обязательствами: ни денежными, ни юридическими. Я не могла сказать: быть тогда-то там-то и никакие отговорки не принимаются. У меня просто не было на это права.
Все работали на добровольных началах. К счастью, такая вещь, как энтузиазм, до сих пор существует. Встречались по воскресеньям.
— Представляя фильм, ты сказала, что он снят без копейки денег. Но дей­ствие в нем происходит не на улице, там неплохие интерьеры, ну и, в конце концов, герои на экране не воду ведь пьют?
— Воду пьют. Так и есть. Все алкогольные напитки, кроме шампанского и пива,  заменили соками, водой и чаем.
Что касается интерьеров, то это реальные кафе и пабы. О съемках договаривались с владельцами. И никаких проб­лем не возникало: все пошли нам навстречу, за что им очень благодарны. Разумеется, сколько-то денег по­тратили, но это очень незначительная сумма, наверное, не больше полутора тысяч рублей.
— Режиссеры обычно если и снимаются, то в эпизодических ролях. А в этом фильме ты и сценарист, и режиссер, и одна из главных ролей тоже твоя. Не страшно было брать на себя такую ответственность?
— Наш проект — это игра, эксперимент, своего рода хобби. Каждый в нем что-то пробовал впервые в жизни: быть актером, киношным оператором и режиссером-постановщиком. Я себя по­пробовала сразу в трех ролях.
Кстати, сниматься сама не планировала. Но Миша Иванов, мой партнер по одному из эпизодов, убедил. Меня легко уговорить по­участвовать в авантюрах. Мне это нравится.
— Сама какие фильмы любишь?
— Только что посмотрела “Великого Гэтсби”. Роскошный фильм. Из того, что могу пересматривать много раз, это “Реальная любовь”, “В джазе только девушки”, “Дневник Бриджит Джонс”.
Я могу сейчас так очень интеллигентно сказать, что обожаю фильмы Феллини, Антониони, Бергмана, но это будет неправдой. Мне нравятся ленты этих режиссеров, но они не любимые. Хотя все может измениться.
— Сколько времени снималась картина?
— Около пяти месяцев. Витя Чугаров, наш монтажер, не спал ночами две недели. В эти дни я жила предвкушением: каждое утро открывала электронную почту в надежде, что Витя прислал очередной смонтированный эпизод.
Каждый участник проекта привнес в фильм что-то свое, и в итоге результат получился не совсем таким, как задумывалось мною. Я не знаю, правильно это или нет, у нас получилось так.
— Расскажи, как он попал в программу показа в рамках Чебоксарского международного кинофестиваля?
— У нашей картины есть продюсер Ольга Тагачина. Этим вопросом занималась она: отправила заявку, показала фильм организаторам, и его взяли. Позже
узнала, что ни одна кинолента, снятая в нашей республике, в Чебоксар­ском кинофестивале не уча­ствовала, даже вне конкурса. Меня это удивило, ведь у нас же есть студии, которые снимают кино.
— Реакция на фильм очень разная в социальных сетях. Кто-то восхищается смелостью тех, кто, не будучи артистом, сыграл роли, а кто-то жестко критикует. Как тебе удается не согнуться под грузом критики?
— Не могу сказать, что не сгибаюсь. Я сгибаюсь, потом разгибаюсь и иду дальше.
Критиковать, на мой взгляд, это вообще самое простое, чем можно заниматься в жизни. Критиковать других, а самому ничего не делать. Что может быть проще? Очень безопасно. Бывает критика конструктивная, которая помогает расти, а бывает просто вываливание на других своей злости и неудовлетворенности. Такая критика обычно самая жестокая.
В любом случае, ничто в мире не может нравиться всем. Это нормально. Главное, не останавливаться. Ван Гога всю его жизнь критиковали, а он продолжал писать свои картины. Что было бы, если бы он в самом начале своего пути согнулся под грузом критики? Не было бы его картин. 
— А каким получился фильм, на твой взгляд?
— Глубоким, заставляющим задуматься, вызывающим сильные эмоции. Изначально хотела, чтобы снимал непрофессиональный оператор на мыльницу или телефон. В результате фильм получился даже лучше, чем я предполагала. Поскольку оператор, режиссер-постановщик и монтажер — профессионалы-телевизионщики, а самодеятельные актеры очень убедительно сыграли.  
— Как решилась проблема с музыкой?
— Еще в процессе написания сценария решила, что саундтреком к фильму будет песня моего друга Владимира Волкова “Лиза не дышит”. А где брать остальную музыку, было совершенно непонятно. В итоге мы нашли в Чебоксарах в социальных сетях Антона Якшибаева. Его музыка идеально подходила.
Кстати, для фильмов Юрия Спиридонова тоже он пишет музыку. Однажды оператор Леня Путилов скинул мне ссылку на страничку Антона. И когда я послушала музыку, сразу поняла — это то, что нам нужно.
— Расскажи о своем писательском опыте.
— У меня три романа, несколько повестей, рассказы. Пишу уже несколько лет. Начинала с рассказов, потом перешла к повестям, после стала писать романы. У меня не так много читателей, как хотелось бы, но среди них есть люди, которым очень нравится мое творчество.
Написание романа — очень серьезный, долгий труд, жест­кая самодисциплина.
Издаю, устраиваю презентацию книги.

— О чем твои книги?

— Жанр, в котором работаю, называю психологиче­ским триллером. Книги написаны по принципу детектива. Но в них герой ищет не убийцу, а что-то другое: себя, свое призвание, любовь. Мои романы о поисках своего “я”. Но это не тягомотина какая-то, в них очень динамичный сюжет, который, по отзывам читателей, не отпускает, дер­жит в напряжении до самого конца. 

— Как пишешь?

— Начинается все с идеи, причем она может родиться мгновенно, а может вынашиваться месяцами. Потом придумываю персонажей, сюжет. Записываю все это в блокнотик.

Определяю сроки, когда закончу книгу. Это очень важно, поскольку, когда у тебя нет начальника, нет дедлайна, никто не контролирует, кроме тебя самого, процесс может затянуться на годы. Стараюсь успеть к определенной дате. Не всегда получается, вдохновение — вещь малопредсказуемая.

Я не пишу каждый день, иногда могут быть перерывы даже на несколько месяцев. Когда устаю от слов, пишу картины. Устаю от красок — пишу слова. Но пока еще не было случая, чтобы не закончила начатый рассказ или роман.

— О чем новая книга?

— Пишу роман, его рабочее название “Шутка богов”. Он о природе творче­ства, о любви, поисках себя, как обычно. 

— Ты снимаешь фильмы, пишешь книги, а еще необычные, яркие картины. Что для тебя означает живопись?

— Живопись — это удовольствие. Пишу быстро. За один день. Если я начала картину, значит, мне нужно ее закончить как можно скорее. В детстве рисовала всегда: на уроках, в художественной школе, дома. Картины мне даже снились. Но когда наступило время выбирать профессию, то тут и понеслось, как всегда: “Художник — разве это профессия?”

Поступила на филологический факультет университета. Вышла замуж, родила ребенка. Не могу сказать, что была примерной домохозяйкой, но времени на живопись как-то не хватало. Желание было, но всегда что-то мешало снова начать рисовать.

Один из моих романов о человеке, который мечтал быть художником, но стал кем-то другим. Несколько персонажей этой книги — художники. Я придумывала для них картины. Рисовала их словами, но однажды мне захотелось нарисовать их красками. И я сделала это. Так моя живопись началась с литературы.

— А где можно увидеть твои картины?

— В социальных сетях есть фото картин. И так получилось, что сейчас проходят сразу две мои выставки: в кинотеатре “Мир Луксор” и кафе “Галерея”.

— И все-таки кем себя больше ощущаешь: режиссером, писателем или художником?

— Художником. В широком смысле этого слова.

  • Ольга Матвеева. Фото из личного архива